Ну вот, и теперь мы съезжаем из дачного поселка окончательно. Он укрыл нас, спрятал, спас, чего уж правду-то таить. Дал возможность организоваться, собраться в какую-то общность, достаточно эффективную и даже боеспособную. Зубастую, можно сказать. Теперь все, "эпоха дачного жительства" закончилась, всего за десяток дней. Новая жизнь диктует новые формы организации выживших, и к одной такой форме мы сейчас и примкнем, спасибо той неожиданной и странной встрече на Международном шоссе с подполковником Пантелеевым.

Я зашел в дом, прошелся, оглядывая комнаты. И когда теперь сюда вернусь? Скорее всего, уже никогда. Сколько шашлыка здесь было съедено, сколько в бане проведено вечеров, сколько раз с Татьяной раскачивали скрипучую старую кровать... Все остается в прошлом, так же, как и запертая и брошенная квартира, что на улице Изумрудная. Остается в прошлой жизни, быстро теряющейся во мраке и мути воспоминаний последних жутких дней. И впереди лишь жизнь будущая, да и то, какая-то смутная, странная и непонятная. И где она будет у меня? И какая? И будет ли вообще? Тьфу-тьфу-тьфу, так и накаркать можно.

Я перешел в дом напротив, самочинно нами занятый, тоже обошел комнаты на предмет забытых вещей. И здесь все собрали, кроме моей "тревожной сумки", которая дожидалась меня на столе в кухне. Я подхватил ее и пошел на улицу. Открыл багажную дверь "форанера", закинул ее внутрь. Вот теперь все, можно трогать.